|
|
|
Такой человек, как вы, - продолжал он, удваивая угодливость, - такой почтенный судья не станет слушать нашептываний... его уши и так ясно слышат.
Тут дело не в ушах, а в глазах, а мои, хоть и горят, будто я их крапивой натер, а все-таки ясно разглядели ужасную рану Морока.
Это так, господин бургомистр, все это правда, но рассудите сами: если бы он запер клетки и затворил дверь в зверинец... ничего бы тогда и не случилось.
Совсем нет... Виноваты вы: вам следовало крепче привязать лошадь.
Ваша правда, господин бургомистр, конечно же, вы правы, - говорил солдат самым ласковым и примирительным тоном.
Такой ничтожный бедняк, как я, разве смеет спорить с вами, но предположим, что кто-нибудь из злобы отвязал мою лошадь и отвел ее в зверинец? Ведь тогда, согласитесь сами, вины на мне нет? То есть, конечно, если вам угодно будет с этим согласиться, я настаивать не смею... - поторопился прибавить он.
|
|
|
|
